Татуировщица Перец уже звучит как вызов. Татуировщица Перец, которая решила получила визу для талантов в США, звучит как серьезное достижение. Татуировщица Перец, которая хочет открыть собственный благотворительный фонд, чтобы делать тату женщинам, потерявшим грудь, жертвам торговли людьми и тем, у кого была попытка суицида – это уже тот случай, когда искусство меняет жизнь человека к лучшему.

“Мои родственники думали, что тату могут быть только у наркоторговцев, бездомных и уголовников”

Меня зовут Катя Перец. Это моя настоящая фамилия, которая с детства не давала мне жить спокойно. Особенно в маленьком городе на юге России, где годами вообще ничего нового не происходит. Город называется Белореченск, там я родилась и жила до 15 лет. В таких городах всегда есть два пути: замуж и пара детей к 20-ти годам, либо учеба, но нужно будет уехать в большой город. Я выбрала второй вариант и вот пятнадцатилетняя я уже еду в поезде “Анапа-Санкт-Петербург” поступать в художественное училище имени Н.К. Рериха на специальность графический дизайн.

Это было очень смелое решение, учитывая уровень образования в художественных школах провинции. Вероятность, что меня возьмут, была процентов 30. Вероятность, что меня возьмут «на бесплатное» – примерно процентов 5. Но родители совершенно однозначно дали мне понять, что у меня есть только опция «бесплатное» или обратно в школу в 10-ый класс. Я старалась как могла и пусть со скрипом и тройками, но меня зачислили! Счастью нет предела, родне, наконец, есть чем хвастаться перед друзьями.

Два года подряд мне приходилось приходить на два часа раньше остальных, чтобы хоть как-то добраться до уровня моих однокурсников, получивших предыдущее художественное образование, в основном, в Питере. А потом оставаться еще и на все дополнительные заняти типа математики и географии, потому что на то он и колледж, а у меня всего девять классов за плечами.

Сложно было все: жить без родителей в пятнадцать лет, все делать самой, учеба, большой город, все люди новые, нет друзей… Тогда 100% времени я решила посвятить учебе.

Вторые два года морально было уже проще: я догнала и по некоторым предметам даже обогнала сокурсников. Учеба была очень емкой и сложной, я старалась изо всех сил.
Когда я была уже на последнем курсе, колледж посетила моя мама. Ей рассказали, что я могу претендовать на красный диплом и мамины глаза так загорелись, что я сразу поняла, что год будет тяжелым. Мне пришлось пересдать абсолютно все самые нелюбимые предметы, по которым у меня были четверки. Но в итоге у мамы появился новый повод для гордости: мой красный диплом и еще и из колледжа с завидной репутацией.

Меня на учебу брали практически в любой ВУЗ без экзаменов. Я выбрала СПБГУ им. А.И. Герцена и пошла туда учиться на преподавателя дизайна и компьютерной графики. Учиться там мне было слишком легко и скучно после той гонки, которая у меня была до этого. Поэтому во время подготовки с диплому я решила не писать его вовсе и вообще уйти из вуза, потому что я всерьез увлеклась татуировками.

    Параллельно с учебой я всегда работала, прошла через множество профессий типа оператора в колл-центре, дизайнера мебели, преподавателя, продавца в бутике… На последнем месте работы хорошо платили, и у меня появилось возможность скопить немного денег. Эта финансовая подушка и позволила мне в один день решить, что прямо сегодня я изменю свою жизнь.

    Сначала я решила пойти на курсы аэрографии, но почитала про это и поняла про вред здоровью, да и работать в гараже никогда не было моей мечтой. Потом в процессе поиска себя мне попался диск с тату. Я, как сумасшедшая, срисовала оттуда абсолютно все, придумывая на ходу что-то свое. Нашла ближайшие к магазину курсы тату, отпросилась туда вместо обеда. Пришла и, кажется, в ту же минуту поняла, «дааа, я тут хочу быть».

    Это было для меня чем-то магическим. У меня никогда не было татуировок или идей, которые я хотела бы видеть у себя на теле, но мне очень хотелось оказаться частью этого всего. Я вышла абсолютно окрыленная, с чувством, что я принимаю какое-то большое и правильное решение. К слову, так казалось только мне. Мои родственники считали, это самой глупой затеей в мире. В основном они считали, что теперь в моем близком окружении будут сплошь наркоторговцы, бездомные и уголовники. В общем, никто меня не поддержал. Но в силу моего характера, меня это только подбодрило. Мне хотелось доказать всем, что тату – это искусство, а не «наколки» на кухне у друзей. Так началась моя тату история.

    Мне было очень интересно изучать все. Это был абсолютно новый мир со своими правилами и понятиями.Но все было не так просто как хотелось бы. Самая первая сложность была в том, что после курсов начинающий тату мастер не может просто прийти в любой салон и с двумя плохими тату в портфолио пытаться трудоустроиться. Но тут мне крупно повезло: преподаватель курсов тату, очень хороший мастер, настоятельно рекомендовал руководительнице взять меня как новичка, так как заметил во мне талант. Она долго сомневалась, потому что до этого практики оставлять новичков у них не было, но все же меня взяли. Я старалась из-за всех сил и у меня появилось приличное портфолио и клиенты.

    Кстати, опыт и нужное образование далеко не всегда первые помощники в тату. У меня было много учеников за десять лет в этой сфере. И тех из них, кто были художниками, мне было учить сложнее всего.

    Самый сложный “кейс” был у меня с преподавателем из СПБ ГАСУ. Ко мне пришел вполне зрелый архитектор и преподаватель, чтобы начать заниматься татуировкой, и мы столкнулись с тем, что у него уже есть художественное понимание всего в голове, и оно настолько устоявшееся, что его практически невозможно сдвинуть или сломать. В данном случае опыт явно играл не в нашу пользу.

    Но так же плохо не уметь рисовать вовсе: придется учиться и рисованию и татуировке одновременно.

    Высокие навыки копирования – это однозначно большой плюс, это очень поможет. Но до тех пор пока клиент не запросит индивидуальный эскиз. Или работа будет достаточно большая, чтобы суметь визуально улучшить или испортить анатомию тела клиента.

    В тату необходимо художественное восприятие формы, объема, баланса, композиции. И будет очень сложно, если человек этого не изучал, хотя однозначно может помочь «насмотренность» или художественное чутье, талант.

    Что отличает хорошего мастера тату от мастера не очень? Я бы в шутку сказала, что цена. На самом деле, если смотреть со стороны клиента, то, думаю, первое, это возможность получить индивидуальный эскиз от мастера. То есть не тогда, когда человек получил, то что принес из интернета, а получил рекомендации и (в идеале) индивидуальный эскиз для тату под запрос клиента.

    Длина записи – это второй показатель. Если есть место уже на завтра, то в большинстве случаев – это красный флаг.

    Также действительно хороший мастер должен поинтересоваться о заболеваниях, периоде лактации и прочих медицинских противопоказаниях.

    Еще один хороший знак, если есть рекомендации от знакомых в формате: вы увидели чью-то ЗАЖИВШУЮ татуировку и берете контакт мастера.
    Ну и, конечно, доверие, ваш психологический комфорт: если нет контакта, то, возможно, это не ваш мастер.

      В нашей среде нет каких-то абсолютно явных границ. Скорее, есть стили. Но если вы спросите любого мастера из любой страны, «где лучшие мастера?», то скорей всего получите ответ, что это бывшие советские республики. Я бы сказала, что львиная доля «мировых топов» – это именно эти мастера. В моем личном рейтинге дела обстоят точно так же.

      Я думаю это связано с тем, как сложно на территории постсоветского пространства стать хорошим мастером и какие критерии предъявляются. Ведь, вернусь к тому, что уже сказала: наших краях нет лояльности в искусстве, ты либо делай хорошо, либо иди заборы крась.

      Виза для талантов в США: как получить ее, находясь в Уругвае

      Я начала много путешествовать по работе, когда занялась татуировками. Полгода жила в Индии, год в Польше, еще полгода в Уругвае. Кстати, именно эта страна, на мой взгляд, очень перехвалена как место для переезда. Когда я туда приехала, то европейских виз у меня не было, безвизовых стран, интересных мне, тоже не нашлось, поэтому я практически оказалась заложницей Уругвая. Работы там не было, страна бедная, поэтому все выглядело серо и уныло.

      Перебрав все варианты, я вспомнила про тип рабочей визы в США «для талантливых людей». Вспомнил и сразу же и подумала, что это практически невозможная авантюра. Но нужно было что-то делать: деньги там таяли как мороженое в июле.

      Я начала по крупицам собирать бесплатную информацию об этом типе виз в интернете, конспектировать все и сразу же прикидывала какие именно пункты я смогу закрыть.

      Эта виза выдается сроком до 3 лет, с правом продления и возможностью официального трудоустройства. Для этого нужно доказать, что заявитель является лицом с выдающимся способностями. Чтобы доказать выдающиеся способности, есть 8 пунктов, которые нужно подтвердить документально, фотографиями и любыми возможными способами.

      Например там есть пункты: работодатель в США, то есть нужен рабочий контракт. Публикации в журналах (это статьи в топовых журналах с хорошим тиражом о заявителе, интервью или экспертное мнение). Обязательно нужны были награды с фестивалей и конкурсов и доказательства, что наградили ими именн меня. А еще рекомендательные письма от топовых мастеров индустрии.

      Ну и, конечно, нужен был адвокат в США. Параллельно с поиском адвоката и тату студии, я собирала все доказательства сама. Проблема поиска студии заключалась в том, что 90% студий присылали положительные ответы, что они с удовольствием готовы меня взять на работу, но никто не был готов заниматься моими документами для переезда.

      И все же одна такая студия в Нью-Йорке нашлась, что лишило меня мук выбора места для переезда.

      Когда я нашла адвоката, то он прислал мне подробный план, что ему нужно от меня и в каком виде. Я собрала все, что он просил, за два дня. Мы сделали еще некоторые правки и отправили кейс на рассмотрение. В ответ пришел, скажем так, дозапрос документов, мы с ним ответили. В целом это заняло почти полгода. На интервью мне пришлось лететь в Бразилию, так как к этому моменту в Уругвае мной было превышено время разрешенного пребывания по визе. Я оплатила штраф за нарушение иммиграционных законов Уругвая и полетела на интервью.

      Это было крайне волнительно. Мимо меня все время проходили люди с розовыми листочками, означавшими отказ. Я ждала вызова и понимала, что все, чем я занималась подгода, чего так ждала и за что заплатила столько денег, тоже может быть разрушено отказом. Мне было задано очень много вопросов, все они казались мне провокационными и неоднозначными. Было плохо слышно и волнение давало о себе знать, плюс, интервью было на английском. Стресс колоссальный. И вот мне отвечают «approved”. Как я была счастлива! Я концу недели я забрала паспорт и побежала покупать билеты.

      Так началась новая глава моей жизни.

      В первые дни в США у меня было ощущение кота, которого впервые привезли на дачу. Все было совершенно новое, страшное, неизведанное. Хуже всего было то, что у меня в кармане было всего $1300, (для Америки это «всего», когда нет постоянного жилья), из них $300 обманом забрал таксист. Итого 1000 долларов и никакого понимания, что делать дальше. В студии мне сообщили, что с поиском клиентов не помогут, поэтому этим я должна заниматься сама. Мой аккаунт в инстаграме заблокировали для размещения рекламы, поэтому в декабре 2022 года я создала новый.

      Тату в Америке воспринимается абсолютно позитивно. Я скорее удивлюсь, если в США, кто-то скажет что-то негативное о татуировках. Учитывая, что у меня есть тату на шее и на кистях рук, в России на меня реагировали так, как будто у меня как минимум две головы. Часто прохожие открыто высказывали свое негодование. При этом в России практически у всех есть свое мнение о красоте и многие стремятся им с тобой поделиться. Думаю, стереотипы вроде тех, что были у моих родителей в самом начале моего пути, есть у многих и с этим тяжело бороться.

      В США же все улыбаются, делают комплименты и это очень удобно, потому что я часто слышу «о, я тебя помню». Можно легко начать разговор с любым человеком, потому что я выгляжу интересно для всех. Практически все хотят узнать насколько это больно.

      В целом, в России с тату жить сложно, а в Америке это наоборот дает преимущество.

      Прошел ровно год с тех пор, как я приехала жить в США. Даже не верится. Время пролетело очень быстро, при этом все было чрезвычайно насыщенным: я посетила примерно десять разных штатов, было много интервью, и еще очень много работала с разными брендами и организациями. Но то, чем я особенно горжусь, произошло на прошлой неделе.

      Мне удалось организовать благотворительное мероприятие прямо в центре Нью-Йорка, в Манхеттене. Я нашла женщин, которые пережили рак груди, у них остались шрамы, напоминающие об этом травмирующем опыте. Все они хотели избавиться от шрамов посредством татуировок. Я собрала в студии своих друзей коллег, которые тоже хотели помочь этим женщинам, мы представились друг другу, рассказали о себе. Атмосфера была непередаваемая, женщины делились своим опытом и плакали, благодарили артистов, согласившихся помочь.

      По регламенту мероприятия мы не показывали им процесс работы. Они увидели результат работы в конце дня в зеркало. Это зрелище заставило бы прослезиться любого: столько слов благодарности я не слышала никогда. Они снова плакали и благодарили нас всех. Они много лет жили с тем, что им не нравилось, к тому же было неприятным напоминанием о тех тяжелый временах и вот, за один день и совершенно безвозмездно они получили то, чем теперь можно любоваться.

      Последние несколько месяцев я занимаюсь вопросом организации фонда помощи таким людям. Потому что однократное мероприятие организовать не так сложно, нужно просто найти нужных людей и все объединить. Но для того, чтобы это было постоянно и помочь можно было как можно большему числу нуждающихся в этом, нужен фонд и спонсоры. Я хочу сделать все легально и профессионально.

      А пока такого фонда у меня нет, хочу сказать, чтобы женщины не боялись говорить о своих проблемах и не стеснялись своего тела. Моей бабушке тоже когда-то диагностировали рак груди и удалили часть молочной железы. Она никогда об этом не рассказывала и не обсуждала это. Возможно, ей было бы проще получить помощь, если бы она говорила об этом.

      Далеко не все знают о такой проблеме Америки, как торговля людьми. И почти никто не знает, что некоторым жертвам этого преступления насильно наносят татуировки с именами организаторов, названиями банд, чтобы таким образом пометить этих людей для своей системы. Жертвы, стесняясь ненужных вопросов, боятся говорить об этом и “перекрывать” подобные тату. Думаю, мой фонд помощи был бы отличным решением для таких людей. Как и для жертв домашнего насилия или тех, кто пытался покончить с собой…

      В общем, главное, что хотела донести: тату в некотором роде обладать исцеляющим эффектом. И я бы хотела именно так “исцелять” людей от боли.

      Читайте также “Пять мифов о визе О1”

      Фотографии из личного архива Екатерины Перец

      Фотография обложки

      Leave a Reply