Share on facebook
Share on telegram
Share on twitter
Share on email

Как Джозеф Маккарти сыграл на страхе американцев перед СССР

Я поддерживаю благотворительную организацию Wounded Warrior Project. Задача этой организации - помогать раненым ветеранам, защищавшим нашу страну и нашу независимость. Особенно тем, кто страдает от Пост-Травматического Стрессового расстройства. Каждый взнос, сделанный через эту страницу, будет отправлен ветеранам
В период маккартизма число телевизоров в США увеличилось в пять раз, что позволило политику завладеть умами масс

Сенатор-республиканец Джозеф Маккарти прекрасно знал, что самое сильное политическое оружие, которое у него есть, это страх. Если конкретнее – страх американцев перед коммунистами, который имел под собой вполне реальную почву. Ведь американские политики высшего ранга имели доступ к информации из секретного проекта американской разведки “Венона”, которая не оставляла сомнений.

“Проект “Венона” (англ.Project Venona) – кодовое название секретной программы контрразведки США по расшифровке советских шифрованных донесений, начатой 1 февраля 1943 года и закрытой 1 октября 1980 года. Проект позволил оценить масштаб советского шпионажа в США и других странах, а также установить или подтвердить личности многих агентов. Однако доказательства, полученные с помощью «Веноны», не могли быть предъявлены в суде или широкой публике, так как проект оставался засекреченным до середины 1990-х годов. В силу этого некоторые агенты не были судимы вообще, вина других не была доказана или оспаривалась”.
Wikipedia

Джозеф Маккарти, фото Wikipedia, public domain

Маккарти, как любой оппортунист, хотел от этого страха только одного – заработать политический капитал. В каком-то смысле, он был гением: малоизвестный сенатор от штата Висконсин научился мастерски создавать сенсации буквально из ничего, основываясь на ложных обвинениях, теориях заговора и неуважительном отношении к ведущим политическим фигурам. Он умело играл на публику, использовал прессу в своих целях и всегда оставался в центре внимания. В принципе лишь в этом и состояла суть его деятельности…

Появление Джозефа Маккартни на политической арене страны можно сравнить со стартом ракеты – девятого февраля 1950 в небольшом городке Вилинг, что в Западной Вирджинии, в “Клубе республиканских женщин”, в отеле “Маклюр” на углу Маркет и Двенадцатой улицы, Маккарти произнёс свою знаменитую речь, в которой объявил, что Государственный Департамент буквально “заражен коммунистами”.

Несмотря на то, что я не могу назвать все имена работников Госдепартамента, которые являются активными членами коммунистической партии и шпионской сети, у меня в руках список из 205 человек, членов коммунистической партии, о которых известно Госсекретарю, но которые продолжают работать и отвечать за проведение внешней политики в Госсдепартаменте, – в частности сказал политик и тут же обеспечил себе появление на первых полосах всех тогдашних газет, а еще упоминания в радиопередачах и на телевидении, которое тогда только-только начало распространяться по США.

Интересно, что число коммунистов в американской власти у Маккарти всегда менялось. Еще бы, ведь он постоянно балансировал между гиперболой и откровенной неточностью. Как писал о нём Джордж Риди, репортёр и будущий помощник президента Джонсона:

“Говорить с Джо было всё равно что опускать руку в миску с манной кашей”.

Через несколько дней после обвинительного выступления сразу три журналиста встретились с Маккарти в Милуоки, в китайском ресторане “Moy Toy’s”.

– Джо, я не верю, что у вас есть хоть малейшее доказательство обвинений, – сказал ему тогда один из репортёров.
– Послушайте мерзавцы, – ответил на это Маккарти. – Я не собираюсь вам ничего доказывать. У меня есть достаточно дерьма, чтобы всех замазать. И я буду это использовать именно там, где мне это выгодно.

И вот тут он не солгал…

Маккарти прекрасно понимал, что, чтобы удержать публику ему нужна пресса – радио и телевидение моментально и существенно увеличивали его влияние. Поэтому все силы он положил на то, чтобы создать театральную атмосферу вокруг собственной персоны – с интригой, драматизмом и неожиданными поворотами.

Он манипулировал прессой словно опытный кукловод, дёргающий за нити своих кукол. На глазах у всей страны сенатор буквально дирижировал захватывающим политическим спектаклем, в котором сам он играл центральную роль. Его поклонники обожали его драматический стиль.

Маккарти, кстати, и не скрывал, что для него шоу было важнее содержания.

– Толпа не запомнит, что мы говорим, не вспомнит нашу логику, здравый смысл или факты. Всё, что люди запомнят, – это впечатления и собственные ощущения, – любил повторять он.

Политик быстро понял как работают журналисты и начал это использовать. Он знал, что все печатные издания должны иметь главную новость к одиннадцати часам утра. Тогда именно эта новость станет заголовком на первой странице в выпуске газеты, которая выйдет в три часа дня. Поняв это, Маккарти стал созывать утренние пресс-конференции, на которых объявлял о послеобеденной пресс-конференции.

Таким образом он устраивал аж две пресс-конференции в день. Утром он делал сенсационные заявления, заставляя журналистов писать заголовки, которые молнией распространялись по всей территории страны. Трёхчасовые газеты пестрили сообщениями: “Новое сенсационное открытие сенатора Маккарти”.

Позже, на обещанной послеобеденной пресс-конференции, Маккарти зачастую говорил, что пока не совсем готов подтвердить то, о чем рассказал утром, что ему, например, необходимо получить важные документы или что неуловимый свидетель отказывается давать нужные показания. Таким образом утренние газеты на следующий день докладывали: “… сенатор Маккарти находится в поиске таинственного свидетеля, или сенатор Маккарти ищет доказательства…”

Вот и получилось, что весь новостной цикл был фактически отдан одной-единственной персоне – сенатору Джозефу Маккарти. Журналисты спешили на утреннюю пресс-конференцию за сенсационным заголовком и, как собаки Павлова, реагировали на каждую новую “сенсацию” от сенатора. Массовые коммуникации позволили Маккарти держать зрителей в постоянном состоянии политической мобилизации.

Нельзя сказать, что другие политики США поддались на эти уловки Маккарти и ничего не замечали. Так уже тридцатого марта 1950 года во время пресс-конференции в Ки-Вэст президент Трумен сказал о нем:

– Я считаю, что своими действиями сенатор Маккарти прекрасно подыгрывает Кремлю!

Легендарный телеведущий Эдвард Марроу высказывался не менее откровенно:

– Мы не должны путать несогласие с нелояльностью!

Но это мало помогало – миллионы американцев одобряли действия Маккарти и верили каждому его слову. А все потому, что телевидение позволило Маккарти в буквальном смысле попасть в каждый американский дом.

В период маккартизма число телевизоров увеличилось в пять раз – с пяти миллионов в 1950 году до двадцати шести в 1954 году. Именно оно позволило политику почти завладеть общественным сознанием простых американцев.

Тех, кто читал газеты, скандальный сенатор брал другим. Он мастерски использовал тот факт, что журналистская этика того времени заключалась в передаче содержания и цитировании, а не в проверке правильности информации. Что говорить, если сам Уолтер Липпман, писатель, журналист, двукратный лауреат пулитцеровской премии, как-то отметил:

– Обвинения Маккарти – это новость, которую нельзя игнорировать. Он – сенатор Соединённых Штатов. Когда он обвиняет Государственный департамент – это новость, которую мы должны освещать.

Нет, и тогда, конечно, были журналисты, которые ему не верили. Но таким Маккарти быстро объявил войну. Он ненавидел, когда газеты негативно освещали его деятельность, и в этом случае, он нападал, нападал и только нападал. Он буквально атаковал отдельных журналистов, которые посмели усомниться в его политическом гении, на отдельные публикации и целые издания. Особенно сильно он ненавидел “Милуоки Джорнэл”.

– Имейте в виду, когда вы отправляете деньги в Джорнэл, вы вносите свой вклад в распространение пропагандистской линии коммунистической партии во все дома Висконсина, – часто повторял Маккарти своей аудитории.

Он был убеждён, что если показать, что газета недружелюбна к нему, то можно ослабить напор её критики.
Прошло совсем немного времени с момента его “взлета” и вот уже его однопартийцы республиканцы боятся его как огня. Волна страха, можно сказать, захватила Вашингтон. Популярность Маккарти затмила собой всю партию. Противостоять сенатору – означало подписать себе смертный приговор. Дошло до того, что некоторые из сенаторов перестали встречаться с людьми, которых Маккарти не одобрял.

Белоснежка и шесть гномов

Но были и исключения.
Единственный республиканец, который не испугался в открытую пойти против популярного сенатора, была женщина.
Великая женщина.
Сенатор Маргарет Чейс Смит, из штата Мэн.

Маргарет Чейс Смит, Wikipedia, Public domain

Как-то Маргарет столкнулась с Маккарти в сенатском метро (подземная железная дорога, которая связывает Капитолий и четыре других здания, в которых размещаются Сенат США и Палата представителей США).

– Маргарет, вы выглядите очень серьезно. Вы собираетесь сделать заявление?, – спросил он ее.
– Да, и вам не понравятся мои слова, – без колебаний ответила ему Смит.

И действительно. Результатом, пожалуй, одного из самых незабываемых выступление в карьере Маргарет Смит, стала “Декларация совести”. В своей речи Маргарет обратилась к своим однопартийцам-республиканцам с требоваением не гнаться за политической победой, сидя на четырёх всадниках бесчестия, – страхе, невежестве, фанатизме и клевете. Её заявление было подписано только шестью республиканскими сенаторами. И Маккарти тут же обозвал своих критиков  “Белоснежкой и шестью гномами”.

Но на самом деле это было начало конца…

Крушение карьеры Маккарти произошло во время слушаний в Сенате по расследованию обвинений, предъявленных  сенатором представителям вооружённых сил США. Маккарти зашёл слишком далеко, осуждая лояльность армейского адвоката Джозефа Уэлча, который произнёс свою знаменитую фразу:

До этого момента, сенатор, я никогда не оценивал вашу жестокость и ваше безрассудство. Мне даже и не снилось, что вы сможете быть настолько жестоким… Вы сделали достаточно. Неужели вы потеряли всё чувство порядочности, сэр? У вас осталось чувство порядочности?

Газеты начали всё больше и больше критиковать Маккарти. Телевизионная аудитория, наконец, стала свидетелем не только его “подвигов”, но и крайне неэтичной тактики сенатора из Висконсина.

В опросах Гэллапа с января 1954 года рейтинг одобрения его действий составлял 50%, и только 29% их оценивал крайне неодобрительно. Но уже к июню этого же года лишь 34% одобряли его деятельность, а вот 45% – относились к ней негативно и отвергали его методы.

2 декабря 1954 года Сенат проголосовал 67-22 за вынос осуждения сенатору. Его влияние было искоренено. После сенатского осуждения, сенатор Маккарти продолжал свою антикоммунистическую ораторскую деятельность, часто выступая в практически пустой палате Сената.

Свою потерю популярности, Маккарти заменял чрезмерным употреблением алкоголя. Он умер от гепатита 2 мая 1957 года, прожив всего сорок восемь лет.

В списке известных американцев, пострадавших от маккартизма, десятки звезд, в том числе Чарли Чаплин и Альберт Энштейн. Сколько пострадавших среди простых американцев – неизвестно.

Фото Brandon Mowinkel by Unsplash

ТОП МАТЕРИАЛЫ

Новости США

pulvinar facilisis felis ante. tristique at ipsum dictum eleifend diam ultricies
Хотите быть в курсе последних событий в США?
Подпишитесь на email рассылку от VINOGRAD.US